Нелинейная структура: Нолан следует за Гомером
Начнем с главного сходства фильма и поэмы — способа, которым рассказана история. Нолан, известный любовью к нелинейному повествованию по работам «Помни», «Начало» и «Довод», явно нашел в древнегреческом поэте родственную душу.
«Одиссея» Гомера начинается не с окончания Троянской войны и не с отплытия героя. Когда читатель впервые узнаёт об Одиссее, тот уже много лет находится на острове нимфы Калипсо. На Итаке его считают погибшим, женихи Пенелопы распоряжаются во дворце, как хозяева, а Телемах отправляется на поиски сведений об отце. Приключения с циклопом, Цирцеей, сиренами, Сциллой и Харибдой появляются позже — Одиссей сам рассказывает о них во время пира у царя феакийцев Алкиноя.
Фильм повторяет этот ход: значительная часть действия — это воспоминания, которые всплывают в голове героя. В картину вошел практически весь ключевой маршрут героя, однако Нолан полностью вырезает эпизод с гостеприимными феакийцами и принцессой Навсикаей, поэтому адресат рассказа меняется. В фильме Одиссей рассказывает Калипсо о своих странствиях, постепенно возвращая утраченную память. Этот прием связан с одной из главных тем в творчестве Нолана: чтобы продолжить путь, герой должен сначала вспомнить, кем он был и что с ним произошло.
Мир без богов
Главное отличие фильма от книги — почти полное отсутствие олимпийских богов. В поэме боги постоянно вмешиваются в события и становятся полноправными действующими лицами. Афина поддерживает Одиссея и Телемаха, меняет внешность героя и помогает ему победить женихов. Посейдон мешает возвращению Одиссея и крушит корабли из мести, а Гермес разносит приказания Зевса.
В фильме от всего этого пантеона в кадре остается одна Афина в исполнении Зендеи. Но и она оказывается скорее воплощением измученной совести героя, чем настоящей богиней. Гром Зевса лишь изредка звучит где-то за кадром, а Посейдон проявляется только в виде морской бури.
Это решение понятно: заставить современного зрителя поверить в богов, неловко парящих на облаках в тогах, гораздо сложнее, чем заставить его посочувствовать человеку, воюющему с собственной памятью. Убрав богов, Нолан переносит ответственность за происходящее на самих героев. Калипсо отпускает Одиссея не только потому, что так решили на Олимпе. Цирцея объясняет, почему превращает мужчин в животных. Сам Одиссей уже не может переложить ответственность за свои несчастья на Посейдона или других богов.
Убраны и другие фигуры, важные для гомеровской темы памяти: мать Одиссея, Ахилл и Аякс в царстве мертвых, старый Нестор, отец Одиссея — Лаэрт. Подобные сокращения неизбежны из-за хронометража, но они меняют взгляд на изменения, происходящие в главном герое: у Гомера возвращение в Итаку — это процесс переосмысления себя через встречу с другими, а в экранизации Нолана этот поиск становится исключительно внутренним.
Так из мифа о божественной воле история превращается в человеческую драму. Главные катастрофы здесь начинаются не из-за решений свыше, а из-за действий людей, и за каждый шаг, решение и акт насилия отвечает только сам герой.
Другой Одиссей
Гомеровский Одиссей — блестящий оратор, лжец, дипломат и мастер уловок. Он словоохотлив, гибок, обаятелен, иногда жесток, иногда смешон и почти всегда расчетлив. Он легко придумывает фальшивые истории, наслаждается своей хитростью и хочет признания.
Лучше всего это видно в эпизоде с циклопом Полифемом. Когда чудовище спрашивает имя пленника, Одиссей отвечает, что его зовут Никто. Поэтому после ослепления Полифема другие циклопы не приходят существу на помощь: на вопрос, кто причинил ему вред, тот отвечает, что его погубил Никто. Правда, затем Одиссей сам же и разрушает свой план. Уже отплыв от острова, он называет настоящее имя, потому что хочет, чтобы все знали, кто победил циклопа. Полифем обращается к своему отцу Посейдону, и тот начинает преследовать героя. Гомер показывает, что ум и тщеславие Одиссея тесно связаны: качество, которое спасает его, одновременно навлекает на него новые беды.
Одиссей Мэтта Дэймона не гордый рассказчик, а молчаливый и суровый человек, которого преследуют призраки собственных ошибок. В этом плане он становится прямым продолжением другого героя Нолана — физика Роберта Оппенгеймера из одноименного фильма. Перед зрителями снова предстает гениальный человек, создавший страшное орудие для победы, но сломленный последствиями его применения.
Ярче всего это проявляется в киноэпизоде с троянским конем: придумав хитроумный способ проникнуть в город и тем самым нарушив закон Зевса о гостеприимстве, Одиссей оказался не способен контролировать кровавую резню, начавшуюся после открытия ворот, и осквернение статуи Афины. В поэме герой не несет моральной ответственности за гибель города и, скучая по дому, не сомневается в своем праве вернуться к прежней жизни. Нолана же интересует не сам факт военного триумфа, а его последствия для психики победителей. И для его Одиссея военная хитрость становится не поводом для гордости, а тяжелой травмой: он просто не уверен, что после произошедшего в Трое остался тем человеком, которого все еще ждут Пенелопа и Телемах.
Женские образы: усложнение или упрощение?
Парадоксально, но, как отмечают критики, фильм, стремящийся быть современнее, в чем-то делает женских персонажей менее многослойными, чем у Гомера.
Так, например, Цирцея Гомера не только опасна, но и соблазнительна, иронична и неоднозначна. Да, она превращает спутников Одиссея в свиней, но, получив отпор, становится верной любовницей и союзницей, у которой греки пируют целый год. У Нолана сцена с Цирцеей в исполнении Саманты Мортон превращается в довольно жуткий боди-хоррор: ведьма мучительно выкручивает тела мужчин в форму свиней, заявляя, что ее магия лишь проявляет их истинную природу насильников и мародеров. Нолан убирает любовную линию и показывает, что его Цирцея — бескомпромиссная мстительница мужчинам-завоевателям.
Пенелопа у Гомера — тоже не просто верная жена, а хитрая, осторожная и расчетливая героиня под стать самому Одиссею. Например, она несколько лет обещает выбрать себе нового мужа только после того, как закончит погребальное покрывало для Лаэрта. И чтобы оттянуть момент, днем она ткет, а ночью распускает сделанное.
Еще можно вспомнить знаменитое испытание ложем, которое Пенелопа устраивает Одиссею, чтобы удостовериться в том, что это действительно он. В поэме она приказывает Одиссею вынести из спальни их супружеское ложе, на что герой возражает, потому что сделать это невозможно: он сам вырезал кровать из ствола оливы, растущей внутри дома. Это известно только супругам.
Это сцена показывает, что Пенелопа не уступает мужу в уме. Но в фильме проверка с ложем исчезает. Вместо этого Одиссей показывает Пенелопе, которую сыграла Энн Хэтэуэй, статуэтку Афины — для сюжета Нолана этот предмет важен, но замена делает сцену проще, и хитрость и смекалка Пенелопы остаются почти нераскрытыми.
Другой финал
Наиболее радикально Нолан переделывает развязку. В поэме Гомера вернувшийся в Итаку Одиссей вместе с сыном Телемахом жестоко убивает всех 108 женихов Пенелопы, а затем вешает двенадцать служанок, вступивших с ними в связь. После кровавой расправы Одиссей возвращает себе дом и власть, Пенелопа признаёт мужа, а Афина останавливает конфликт с родственниками убитых. И хотя прорицатель Тиресий предрекает Одиссею еще одно странствие в земли, где люди не знают моря, поэма оставляет его победителем.
Однако Нолан отказывается от большей части этих сцен, поскольку современный зритель вряд ли бы принял героя, который после массового убийства спокойно садится на трон. В его фильме Одиссей щадит некоторых мужчин и старается не делать Телемаха в исполнении Тома Холланда участником бойни. Таким образом режиссер показывает человека, который пытается остановить насилие, а не вернуть себе власть с помощью еще одной кровавой победы.
Более того, осознавая, что после стольких кровавых жертв для него прежней жизни больше нет, Одиссей выбирает добровольное изгнание. Герой передает корону сыну и вместе с Пенелопой покидает Итаку, отправляясь в вечное плавание без права на возвращение. Так новый финал завершает историю не возвращением к власти, а отказом от нее.
Почему после фильма стоит открыть книгу
Если собрать все изменения, привнесенные Кристофером Ноланом, становится ясно, что режиссер снял не дословную экранизацию великого эпоса, а фильм про вину победителя — тему, которая явно интересовала его еще со времен «Оппенгеймера». Гений и хитрость здесь оборачиваются не поводом для гордости, а источником трагедии, военный триумф — не счастливым финалом, а началом расплаты за свои действия. Ради этой концепции пришлось почти полностью убрать богов, усилить рефлексию героя, лишить историю значительной части ее юмора и добавить того, чего у Гомера не было и в помине.
«Одиссея» пересказывалась множество раз, и каждая эпоха находила в ней собственное отражение. И тем, кто хочет разобраться, что же там было у Гомера на самом деле, стоит обратиться напрямую к первоисточнику. В издательстве «Азбука» «Одиссею» можно найти сразу в нескольких форматах:
- Илиада. Одиссея — издание в переводе Жуковского для тех, кто хочет прочитать поэму в ее полном, классическом виде.
- Илиада и Одиссея — облегченная и иллюстрированная детская версия историй о Троянской войне и странствиях Одиссея.
- Одиссея — новое издание в классическом переводе и с великолепными иллюстрациями Татьяны Дюрер, которое дополнено словарем терминов и топонимов. Книга выйдет в сентябре, предзаказ уже открыт!
Но что бы вы ни выбрали — масштабную киноэпопею с Мэттом Дэймоном или текст, положенный в его основу, — одно можно сказать точно: история о человеке, который слишком долго добирался домой, не устаревает даже спустя тысячелетия. Меняются лишь причины, по которым мы ее рассказываем.
Читайте также:
