Осип Мандельштам в двадцатые–тридцатые годы

Есть образ Мандельштама, знакомый каждому: бескомпромиссный поэт-мученик, автор самоубийственного стихотворения «Мы живем, под собою не чуя страны…», человек, погибший в лагере. Этот образ создала — во многом сознательно и художественно блестяще — вдова поэта Надежда Мандельштам в легендарных мемуарных книгах. Он стал символом, идеологической иконой, точкой опоры для многих поколений читателей.
Книга Глеба Морева — попытка увидеть за этой иконой живого, противоречивого человека, стремившегося выжить и быть услышанным.
Опираясь на архивные документы, следственные дела, письма и дневники современников, автор показывает Мандельштама, которого литературоведение предпочитало не замечать: поэта, годами и совершенно искренне пытавшегося встроиться в советскую систему. Здесь есть скандалы, доносы, закулисная борьба за место под солнцем советской литературы и отчаянные попытки не быть выброшенным на обочину — все то, что плохо укладывается в образ несгибаемого мученика.
Книга читается как детектив: каждая глава — это распутывание очередного клубка полуправд, легенд и умолчаний, копившихся вокруг имени поэта почти полвека.