Содержание
Колдовство до охоты на ведьм
В современной поп-культуре ведьму легко узнать по остроконечной шляпе, котлу с зельем и метле. Такой образ складывался больше тысячи лет, и в нем сплелись античная литература, церковная политика, юридические трактаты и романтическая проза XIX века. Об этой эволюции рассказывают множество исследователей и историков, в том числе Николай Сперанский в книге «Ведьмы и ведовство», Мэрион Гибсон в исследовании «Ведьмы: Хроника 13 судебных процессов», Людовик Виалле в «Великой охоте на ведьм» и Яков Канторович в «Средневековых процессах о ведьмах».
Вера в магию, конечно, существовала задолго до громких судебных процессов над ведьмами. Как отмечает Мэрион Гибсон, в древности колдовством называли силу, которой владели целители, шаманы и жрецы. При этом граница между лечением и вредом оставалась размытой: добрая и злая магия считались двумя сторонами одного дара. Если кто-то подозревал, что колдун применяет силу во зло, его могли обвинить в ведьмовстве и потребовать покаяния, прогнать или убить. Но такие обвинения не были массовыми, и никто не считал, что любое колдовство — это зло.
Николай Сперанский в книге «Ведьмы и ведовство» показывает, что почти все «фирменные» приметы ведьмы появились еще в Античности. В котлах у Канидии, чародейки в произведении Горация, и колдуньи Эрихто в поэме римского поэта Лукана варятся совиные перья, змеи, человеческие кости и могильные травы. То есть «кухня» античных ведьм, средневековых и современных почти не изменилась с течением времени.
Даже в церковных текстах сверхъестественное долгое время не означало что-то наказуемое. В начале X века аббат Регино из Прюма включил в сборник церковных правил так называемый Епископский канон. Он осуждал женщин, которые уверяли, будто по ночам скачут на зверях вместе с языческой богиней Дианой, но осуждал их не за колдовство, а за веру в эти полеты. Священникам предписывалось объяснять, что эти путешествия происходят в воображении, а сами видения внушает злой дух.
Иными словами, ночные полеты с демонами официально считались выдумкой. Мэрион Гибсон в книге «Ведьмы: Хроника 13 судебных процессов» добавляет, что до XV века большинство священников видели в целительницах и гадалках безвредных фантазеров и мелких торговцев амулетами, то есть грешниц, а не врагов.
Как ведьма стала участницей заговора
Все изменилось, когда церковь начала бороться за единство веры. С XI века на Западе усиливаются преследования еретиков, и им приписывают набор «стандартных» грехов, среди которых отречение от христианства и договор с дьяволом. А в 1430-х годах появляются первые трактаты, где ведьма предстает участницей тайной секты: анонимные «Заблуждения газариев», «Муравейник» Иоганна Нидера, сочинение судьи Клода Толозана.
Порча, договор с Сатаной, ночные полеты и шабаш постепенно становились частями одного обвинения. Историки называют такое соединение «совокупной концепцией колдовства», и для подозреваемых это имело страшные последствия. Как объясняет Людовик Виалле, представление о шабаше как каком-то сборище побуждало следователей искать сообщников, а ими можно было объявить кого угодно.
При этом подозрения все чаще обращались именно против женщин. Мэрион Гибсон связывает это в том числе с представлениями богословов, которые выросли на истории грехопадения Евы и считали женщин особенно уязвимыми для дьявольских соблазнов. Эти взгляды ярко проявились в одном из самых известных сочинений о колдовстве — «Молоте ведьм» инквизитора Генриха Крамера.
В октябре 1485 года в Инсбруке он затеял показательный процесс над семью женщинами, но дело развалилось: местный епископ и эрцгерцог не поддержали инквизитора, а подсудимых отпустили. Вернувшись в Германию, Крамер написал трактат, якобы доказывающий, что ведьмы существуют, что их надо судить и казнить и что почти все они — женщины.
Золотой век охоты: костры Ренессанса, а не Средневековья
Хотя охота на ведьм прочно связана в нашем воображении со Средневековьем, наиболее масштабные преследования пришлись на XVI–XVII века — время Возрождения, Реформации и научной революции. И, как отмечает Николай Сперанский, самыми ревностными судьями и распространителями самых диких суеверий неожиданно стали образованнейшие люди своего времени — выпускники университетов, которые усвоили «Молот ведьм» как часть обязательной учебной программы.
Религиозные конфликты только усиливали поиск внутренних врагов. Власти наводили порядок, церкви боролись за чистоту веры, а католики и протестанты после Реформации видели в противниках слуг Сатаны. Каждая сторона искала врагов внутри и часто находила их в ведьмах. Под подозрение чаще всего попадали бедные и одинокие женщины, вдовы, повитухи, целительницы и просто те, кто выделялся характером или поведением. По оценкам Виалле, всего за время «охоты на ведьм» погибли от 60 до 100 тысяч человек.
Механизм обвинения был простым. Сначала возникали слухи и пересуды, которые соседи складывали в «общее мнение», после чего начиналось следствие. Признания выбивались угрозами, лишением сна, а в большинстве стран Европы и пытками. Сами женщины, как замечает Гибсон, нередко думали о своих чарах иначе: они лечили заговорами и имели дело с духами и феями, а не с чертями. Но под давлением рассказ принимал ту форму, которую ждали следователи.
Охота закончилась, но ведьмы остались
У преследований были критики, и со временем сомнения в достоверности обвинений, критика пыток и требования к судебным доказательствам приобретали все больший вес. Менялось законодательство, рождался и новый общественный и культурный образ ведьм.
В 1862 году французский историк Жюль Мишле выпустил книгу «Ведьма», где сделал героиню бунтаркой и жертвой феодального мира. Это произведение критикуют за исторические вольности, но именно ее романтический образ повлиял на то, как мы сегодня представляем себе охоту на ведьм. Ведьма постепенно становилась фигурой, которой читатель мог сочувствовать и в которой видел протест против несправедливости.
Эта двойственность сохранилась в книгах до наших дней. Ведьма может пугать, помогать, хранить семейную тайну или пытаться защититься от чужих подозрений. Современные авторы по-разному используют наследие старого мифа, превращая его то в готическую историю, то в роман о независимости, то в уютное фэнтези с волшебной лавкой. Именно такие художественные книги вместе с нон-фикшен-исследованиями реальных ведовских процессов мы собрали в нашей подборке.
Книги о ведьмах
Уютное фэнтези: заклинания, травы и забавные фамильяры
«Как не влюбиться в ведьму», Джо К. Тейт
Молодая ведьма Хейзел Мун приезжает в тихий приморский городок Тайдвик, чтобы занять должность местной ведьмы. Есть лишь одна небольшая проблема: ее лицензия поддельная. При этом местные жители уверены, что прекрасно обойдутся без ведьмы.
Как бы то ни было, Хейзел все равно предстоит задобрить дракона тыквами, расколдовать обветшавшую пекарню и ни в коем случае не влюбиться в обаятельного мага Ричарда.
«Как растопить сердце мага», Джо К. Тейт
Уютный спин-офф романа «Как не влюбиться в ведьму».
Ведьма Мина Галахер отправляется на помощь горному поселению Фьерн и из-за метелей застревает там до самой весны. Приютить ее соглашается маг Себиан — тот самый, что когда-то отверг ее чувства. Провести зиму под одной крышей, дать отпор хищным церпам и испечь идеальный ягодный пирог — непростые задачи. Но, может, именно так эти двое поймут, что искреннее чувство способно растопить даже самый глубокий снег?
«Чайная "Лунный серп"» и «Особняк колдовской луны», Стейси Сивински
Чикаго конца XIX века. Сестры-тройняшки Энн, Беатрикс и Вайолет держат здесь чайную, где к чашке чая и клубничному пирогу можно заказать гадание. Все идет своим чередом, пока заведением не начинает интересоваться городской Совет ведьм. Сестрам приходится вместе решать, на какую сделку они готовы ради семейного дела. И вскоре выясняется, что читать будущее по чаинкам гораздо проще, чем честно признаться себе, чего каждая из них ждет от собственной жизни.
Во второй книге о сестрах Куигли магия Чикаго трещит по швам: нити Судьбы начинают распутываться, угрожая миру катастрофой. И теперь перед сестрами встает выбор: пожертвовать собственными обретенными судьбами ради общего долга или доказать, что настоящая магия кроется в семейных узах.
«Дом Фрэнка», Кей Синклер
Потеряв магию и горячо любимую сестру, ведьма Сэйка отправляется в волшебные Ясеневые сады, чтобы развеять ее прах, и внезапно встречается там с гигантским мифическим зверем в вязаном кардигане по имени Фрэнк. Он предлагает девушке работу среди разношерстной компании таких же потерянных душ.
Сэйка соглашается, и ее соседями становятся вздорные херувимы, фея-повар, ворчливый эльф и даже домашний дракон. Уютные ужины, ягодные пироги и забота о саде помогают героине шаг за шагом отпускать прошлое. Однако над оранжереями сгущается темный морок, и теперь Сэйке предстоит спасти мир, который только-только стал для нее домом.
«Волшебная лавка Софи. Артефакт для наследницы», Женевьева Навроцкая
Софи работает в букинистическом магазине и вполне довольна своей жизнью, пока не получает в наследство лавку от бабушки, которую видела всего раз. Вдобавок к этому вместе с ключами ей достается новость о том, что она потомственная ведьма. Пытаясь разобраться в обстоятельствах бабушкиной смерти, Софи узнает о семейной Печати, за которой охотятся и темные, и светлые колдуны. Помочь ей берется маг Сайлас, однако Софи еще предстоит решить, стоит ли ему доверять.
Темное и романтичное: ведьмы, демоны и чудовища
«Темный лабиринт», Эдриэнн Мэй
Садарэ приходит в себя в лабиринте и помнит только одно: она могущественная ведьма. Ее единственным спутником становится опасный демон Даэсра, который помнит все, включая предательство, разрушившее их прошлое.
Теперь, чтобы выбраться на свободу и одолеть затаившегося в глубинах монстра, давним врагам приходится заключить хрупкое перемирие. Но чем глубже они проникают в смертоносный лабиринт, тем сильнее оживают обрывки забытых чувств и боли, заставляя Садарэ гадать, кто же на самом деле главный монстр — чудовище впереди или они сами.
«Ведьмин справочник по чудовищам. Темные дни» и «Ведьмин справочник по чудовищам. Черные ночи», Геновева Димова
Двенадцать дней после Нового года называют Темными: именно тогда нечисть может проникнуть в мир людей. В городе-крепости Чернограде с чудовищами сражается юная ведьма Косара, и в канун Нового года она теряет свою тень, а вместе с ней и магию. Ведьма без тени обречена, и Косара просит помощи у подозрительно благородного детектива Асена. Вместе им предстоит вернуть пропажу, однако все улики ведут к Змею, Царю чудовищ, а время утекает сквозь пальцы.
Во второй части дилогии Косара возвращается к своим обязанностям в Чернограде, но чудовища начинают появляться в городе и вне Темных дней, а в городе кто-то убивает ведьм. Новое расследование снова сводит Косару и Асена, и, пока они пытаются раскрыть заговор и восстановить границу между мирами, героям предстоит разгадать, что же на самом деле происходит между ними двумя.
«Язык магии. Книга 2. Узоры тьмы», Кэри Томас
Лондон охвачен паникой, и слухи о колдовстве разжигают новую охоту на ведьм. Для сестер Анны и Эффи разоблачение может стать смертным приговором, но скрывать свой дар все труднее — магия Анны выходит из-под контроля. В поисках спасения от семейного проклятия сестры обращаются к опасной магии смерти. Только как доверить друг другу жизнь, если они не могут договориться даже о том, как ее спасти?
Ведьмы прошлого: целительницы, семейные тайны и обвинения в колдовстве
«Дом ведьмы», Клэр Марчант
Пытаясь сбежать от городской суеты и проблем, Адрианна снимает уединенный старый коттедж в Норфолке. Однако ее надежды на тишину и покой нарушает случайная находка: под половицами дома героиня обнаруживает тайник с рукописями XVII века, а в саду — загадочный резной камень. Таинственные предметы погружают Адрианну в расследование событий 1646 года и истории знахарки Урсулы, которая когда-то жила в этом доме.
Урсула принимала роды, продавала лекарства и спокойно обходилась без мужа, но однажды ее отказ назойливому врачу обернулся смертельно опасным обвинением в колдовстве. Чем глубже Адрианна погружается в прошлое Урсулы, тем острее перед ней встает вопрос о собственной свободе.
«Фамильяры ведьм», Стейси Холлс
1612 год, Англия. Семнадцатилетняя хозяйка поместья Флитвуд Шаттлуорт беременна в четвертый раз. Пережив уже три выкидыша, она с ужасом узнает, что эта беременность станет для нее смертельной. Внезапную надежду дарит встреча с молодой повитухой Алисой Грей: ее травяные снадобья и знания способны спасти долгожданного наследника. Но, когда в округе разворачивается масштабная охота на Пендлских ведьм, Алиса оказывается в числе арестованных.
И теперь, чтобы вызволить подругу и спасти собственного ребенка, Флитвуд придется рискнуть положением и вступить в опасную игру против влиятельных охотников за колдуньями.
«Бостонская ведьма», Андреа Каталано
Спасаясь от обвинений в колдовстве, лекарь и повитуха Маргарет Джонс вместе с мужем Томасом бежит из Лондона в пуританский Массачусетс 1640-х годов. Однако и на новом месте свободолюбивая и проницательная женщина быстро привлекает к себе опасное внимание властей, для которых любой проявленный ум и независимость — верный признак связи с дьяволом. Когда мелкая зависть и суеверия горожан перерастают в полномасштабную охоту на ведьм, под угрозой оказываются не только ее призвание, но и жизнь.
Роман основан на реальной истории Маргарет Джонс, первой женщины, осужденной за колдовство в XVII веке в Новом Свете.
«Ведьма Вороньего леса», Дженни Кир
Англия, 1885 год. Раненая девушка, которую обвиняют в убийстве, в попытке избежать наказания принимает предложение угрюмого владельца поместья Рейвенсвуд — выдавать себя за его бесследно исчезнувшую жену Луну.
В округе Луну считают ведьмой, а слуги прекрасно помнят настоящую миссис Грейборн, и убедить их будет непросто. И чем дольше героиня носит чужое имя, тем настойчивее ей хочется узнать, куда делась его хозяйка.
«Полуночные ведьмы», Элизабет Бекер
После жуткой аварии старшеклассница Луиза случайно совершает невозможное — касанием рук возвращает к жизни погибшего друга и узнает семейную тайну: все женщины в ее роду обладают магическим даром исцеления. Чтобы научиться управлять этой способностью, девушка отправляется в Аппалачи к бабушке Камилле. Там она находит старый дневник своей прабабушки Элен, которая лечила раненых во Франции в годы Второй мировой войны.
Погружаясь в чужие воспоминания, Луизе предстоит понять, можно ли дарить другим надежду на жизнь, не разрушая при этом собственную.
«Ведьма», Фриц Лейбер
Убежденный материалист и профессор социологии Норман Сейлор гордится своей рациональностью, пока случайно не обнаруживает в комнате жены Тэнси тайник с амулетами и защитными заклинаниями. Выясняется, что его тихая и услужливая жена уже много лет тайком занимается колдовством, чтобы продвигать карьеру мужа и защищать его от завистливых коллег. Презирая суеверия, Норман заставляет Тэнси сжечь все талисманы и навсегда отказаться от магии. Но, когда на семью обрушивается череда смертоносных проклятий со стороны других жен профессоров, скептику приходится самому взять в руки магические травы.
Нон-фикшен: как на самом деле охотились на ведьм
«Средневековые процессы о ведьмах», Яков Канторович
С конца XIV до второй половины XVIII века по Европе горели костры инквизиции и сотни тысяч людей погибли по обвинению в сговоре с нечистой силой. Юрист и издатель Яков Канторович подробно описывает, как работала эта машина: как косой взгляд соседки или заболевшая корова превращались в обвинение, что значили «испытание водой» и «испытание иглой» и как «Молот ведьм» стал настольной книгой палачей на три века.
«Ведьмы и ведовство», Николай Сперанский
Призывание демонов, похищение младенцев и ночные полеты на шабаш — веками народное воображение рисовало пугающие картины колдовства. Однако историк Николай Сперанский предлагает взглянуть на охоту на ведьм с неожиданного ракурса, связывая эти преследования не с темными народными суевериями, а с передовой научной мыслью эпохи. Автор убедительно показывает, как лучшие умы и образованнейшие люди своего времени подводили академическую базу под инквизиторские костры.
«Ведьмы: Хроника 13 судебных процессов», Мэрион Гибсон
От мрачных эдинбургских судов XVI века и пуританского Салема до заговоров эпохи Просвещения и загадочных убийств 1940-х годов — охота на ведьм пронзает несколько веков истории. Профессор Мэрион Гибсон изучила уникальные архивные документы, чтобы в своей книге вернуть имена тринадцати реальным людям, чьи жизни оказались сломаны обвинениями в колдовстве. Опираясь на протоколы допросов и записи деревенских слухов, она восстанавливает реальную хронику того, как бытовые конфликты, страхи и жажда наживы заставляли общество уничтожать собственных соседей.
«Великая охота на ведьм. Долгое Средневековье для одного "преступления"», Людовик Виалле
Охота на ведьм унесла десятки тысяч жизней, став едва ли не самым жестоким преступлением в истории, которого на самом деле не было. Обвинения в сговоре с дьяволом и стихийных бедствиях, репрессии, подкрепленные текстами юристов и богословов, быстро вышли за пределы церкви и превратились в жестокий инструмент власти и борьбы с неугодными. Опираясь на архивные документы и судебные акты, Людовик Виалле показывает, как страхи эпохи и административные жернова породили массовый психоз и почему сами же светские власти в итоге были вынуждены гасить инквизиторские костры.
