«...в воздухе летают слова и строчки…»
«...и писателям остается их только ухватить», — так описывает атмосферу Переделкина Денис Крюков, библиотекарь Дома творчества. Это неудивительно, ведь история писательского городка насчитывает вот уже более 90 лет.
Созданный по инициативе Максима Горького, городок писателей Переделкино поприветствовал первых дачников — членов Союза писателей СССР — в 1936 году. С того времени в рядах его жителей успели побывать самые громкие «голоса времени»: Константин Паустовский и Александр Солженицын, Евгений Евтушенко и Булат Окуджава, Валентин Катаев и Роберт Рождественский, Анна Ахматова и Белла Ахмадулина, Андрей Тарковский и Александр Довженко…
Были среди них и Корней Чуковский и Борис Пастернак. Более того, их судьбы так тесно сплелись с городком, что их дома здесь после их смерти превратились в одни из немногих домов-музеев Переделкина.
Корней Чуковский получил дачу в Переделкине в 1938 году. К этому времени его самые известные произведения для детей были уже давно им написаны, репутация главного сказочника страны — справедливо заслужена. В своем доме, где поэт жил летними месяцами, а с 50-х — круглый год, он принимал всю окрестную детвору: устраивал встречи с ними, читал стихи, приглашал для общения с ребятами именитых гостей и деятелей культуры — Агнию Барто, Рину Зеленую, Арĸадия Райĸина. Для детей же Чуковский на собственные средства собрал библиотеку, которая была разорена во время войны, затем восстановлена, а в 1957 году — передана им полностью в дар Переделкино. День Чуковского, в память о его знаменитых посиделках у костра, проводится в Доме творчества и теперь.
Борис Пастернак переехал в Переделкино на пару лет раньше Чуковского и был совершенно очарован местными просторами, близостью к природе. Знаменитый дом-корабль перешел в его пользование в 1939 году. Именно там вдохновленный Пастернак сочинил циклы стихов «Переделкино», «На ранних поездах» и другие; работал над переводами Шекспира и Гёте. Там же — написал роман «Доктор Живаго», получил весть о присуждении ему Нобелевской премии, подвергся остракизму со стороны многих коллег по цеху и вскоре, не выдержав потрясений, скончался. После смерти Пастернака в 1960 году его дом стал неофициальном местом памяти автора, а в 1980-х группа писателей выступила с инициативой превратить его в дом-музей, каким он остается до сих пор.
Чтобы сохранить память о переделкинской классике — произведениях, созданных знаменитыми жителями городка, — и о неразрывной связи их авторов с Переделкино издательство «Махаон» при поддержке Дома творчества выпустило две замечательные книги — «Большую книгу стихов и сказок» Чуковского и «Карусель» Бориса Пастернака с уникальными иллюстрациями.
«Большая книга стихов и сказок»
В этой книге собраны все самые известные детские произведения всенародно любимого волшебника Корнея Чуковского: сказки «Мойдодыр», «Телефон», «Айболит», «Муха-Цокотуха» и другие, стихи, загадки и народные английские песенки в переводе — все то, на чем выросли многие поколения детей.
Иллюстрации к книге создал один из самых именитых, международно признанных художников-иллюстраторов России и СССР — Игорь Олейников. В 2018 году за выдающиеся заслуги и вклад в мировую литературу для детей и юношества Олейников был награжден Золотой медалью им. Х. К. Андерсена — эквивалентом Нобелевской премией для детских авторов и иллюстраторов. В его иллюстрациях к стихам и сказкам можно увидеть тот же ребяческий задор, ту же абсурдность и глубокое понимание мира детства, что и в рифмах самого Чуковского.
«Карусель»
Стихотворения «Карусель» и «Зверинец» Бориса Пастернака впервые увидели свет в 1920-х и с тех пор нечасто переиздавались. Хотя оба они были написаны поэтом для детей, по преданию — для его маленького сына, сейчас эти стихотворения сложно посчитать детскими: Пастернак не нежничал с юными читателями, не выбирал простых слов — его детская лирика отличается такой же глубокой наблюдательностью и лексическим богатством, как и его взрослые произведения.
В тон стихам идеально попадают иллюстрации художницы Наны Тотибадзе: изящные, реалистичные и в то же время полные почти осязаемой меланхолии, они начисто лишены «конфетных» тонов, характерных для многих современных детских книг, и не обещают ребенку уюта, зато приглашают увидеть, словно взаправду, утро летнего дня, минувшего сто лет тому назад, услышать шум трамвая и игру шарманщика, увидеть бег карусели и зверей в зоологическом саду, почувствовать близость прошлого — а это, как будто, куда более важно.
