«Муми-дом, муми-дол»

В издательстве «Азбука-Аттикус» вышла «Летняя книга» Туве Янссон. В сборник вошли лучшие произведения писательницы для взрослых читателей, многие из которых до этого не публиковались в России. Впервые на русском языке вышло и эссе «Муми-дом, Муми-дол» — необычный и интересный текст, в котором Янссон связывает друг с другом вопросы строительства и человеческого счастья. 

Особый, надреальный мир, который мы обычно называем сказочным или мифологическим, столетиями заселялся по своим собственным принципам. Помимо вымышленных зверей, сказочных народцев, животных, говорящих на человеческом языке, там встречаются всевозможные существа от драконов и великанов до крошечных троллей и эльфов, которые обитают в кочках мха или цветах. 

У сообщества, которое представлено на этой выставке, отсутствуют старые традиции, оно зародилось в тридцатые годы в Финляндии и по сути не похоже ни на кого из своих мифологических предков. Муми-тролли не имеют никакого отношения ни к троллям, ни к прочим волшебным народцам. Но, несмотря на наружность, ведут они себя вполне по-людски и проектируют свое жилище так, что оно вполне отвечает нашим представлениям об идеальном доме. 

Люди слишком долго живут в ящиках, домах-ящиках, скрепленных с помощью шуруповертов. А ведь многие из нас помнят узорчатые веранды старых домов, летние хижины, прекрасные, щедро украшенные постройки начала века. И те, кто молод и дерзок, решаются по-новому посмотреть на жилье и заявляют, что люди не должны жить в тесных коробках и функциональных ульях. Им нужен иррациональный дом, где важно отсутствие симметрии, дом-аттракцион, в котором не скучно, хоть и неясно почему. Считая так, молодые архитекторы в разных уголках мира строят дома с собственными лицами, немыслимые дома, которые проектируются импульсивно, из желания вернуть к жизни утраченную тягу к игре, украшать и придавать форму, ту, что нравится именно тебе. Ровно так же поступает муми-тролль. Если вы заглянете к нему в дом, то получите наглядное представление об образе жизни, который ведет это финское существо. В стране лесов и озер странно жить в чисто прибранных ящиках, особенно для финской семьи, которая обожает выдумки. 

Строительство дома — это иногда игра, а иногда работа. К слову, я не знаю лучшего рецепта для радости, чем возможность играть на работе и работать во время игры. 

В муми-доме есть множество таинственных дверей, но первым делом вы, разумеется, попадете на большую лестницу, которая ведет на веранду. Под лестницей в собственной комнате обитает отшельник. А мы направляемся прямиком в кухню, дверь которой всегда распахнута, даже если все семейство вышло в море. 

Кухня — это большое и уютное помещение, где всем хватает места и где тепло так, как и должно быть на настоящей кухне, в сердце дома. У муми-семейства со временем появляется масса друзей, которые приходят и уходят, когда им вздумается. Поговаривают, что на третий день рыба и гости начинают дурно пахнуть, но здесь это правило не действует. По всему Муми-долу разлито беззаботное чувство свободы, из-за него-то ни у кого и не возникает угрызенный совести: каждого здесь оставляют в покое и каждый справляется сам, пока у него есть желание и силы. Думаю, принцип, по которому муми-семейство строит лестницы, террасы и башни, уже почти понятен. Им по душе все тайное и неожиданное. 

Если мы пройдемся по лестнице, которая ведет в расположенную над кухней гостиную, мы поймем, какие вечные ценности чтут в этом семействе, любят ли здесь искусство, какие традиции вызывают уважение хозяев, которые при всем при этом мало беспокоятся о собственности. Иногда вся семья перебирается на улицу и безмятежно спит под открытым небом; они всегда поступают так, как им заблагорассудится, они свободны. Остаться или уйти, оставить себе или отдать — все это не так важно, если ты дышишь полной грудью. 

Давайте заглянем в комнату мамы, это рядом с гостиной. Мама сама выбрала обои и настояла на скошенном потолке, это позволяет ей чувствовать себя защищенной, но всегда готовой к авантюрам. 

Сейчас раннее лето и ночи совсем светлые. Прежде чем лечь, мама обходит дом, желает всем спокойной ночи и проверяет, чтобы перед сном все съели яблоко и выпили сок. А папа пьет домашний сидр. Кое-кто из гостей спит на крыше, или на веранде, или на террасе, или там, где найдется приятный уголок. 

Чтобы попасть в папину комнату, маме надо сначала пройти через дверь-на-Дикий-Запад, это сразу за гостиной; она окажется на северном балконе, где немного постоит, рассматривая собственный сад, и пойдет дальше, вверх по крутой наружной лестнице, потом через другую дверь снова попадет в дом, через мост в лестничном холле перейдет на папину террасу и оттуда по стремянке взойдет на его капитанский мостик. Все это звучит довольно путано, пока ты не проделал этот путь сам. Вообще лучше всегда ходить из одной комнаты в другую разными дорогами; ходить, не задумываясь, через одну дверь может кто угодно. 

Южная стена папиной комнаты целиком покрыта обломками кораблекрушений, которые папа нашел на берегу, от восточной стены он отказался и устроил здесь балюстраду, которую называет леером. В лунном свете деревья дола иногда выглядят как большие волны. А когда идет дождь, пол и вправду сильно смахивает на палубу корабля. 

После того как мама пожелает спокойной ночи папе, она снова возвращается в дом, поднимаясь по трем потайным лестницами. Сперва она оказывается на лоджии, которой гордится все семейство. Эта конструкция придает всему дому легкость и беззаботность, хотя в дурную погоду внутри, конечно, гуляет сквозняк. Потом мама доходит до башни, где расположена так называемая комната для гостей. Там спят все подряд, одни здесь, другие там, а иногда рядком на полу по нескольку человек. Теперь мама забралась на самый верх дома, но над комнатой для гостей есть еще одна башня, которая называется «маяк», потому что там днем и ночью горит лампа, которую видно на берегу, и все проплывающие мимо понимают, что тут уже Муми-дол и держатся подальше в море. Туда поднимаются, только когда надо наполнить газовый баллон для маяка, и кстати, для самой последней лестницы мама слишком толстая. Она стоит там несколько мгновений и снова отправляется в путь. Проходит через лоджию и заглядывает на большой чердак, пристанище детей. Мама интересуется, у всех ли есть все, что им нужно, и никогда не говорит «уже поздно», «не забудьте погасить свет» или «не читайте слишком долго». Проделав все это, она снова спускается к себе в кухню и проверяет, что кошке и прочему случайно оказавшемуся в доме мелкому зверью налили молока. После долгой прогулки маме довольно жарко, и иногда она присаживается на половичок и открывает люк в подвал, где всегда хорошо и прохладно. А потом идет укладываться спать. На самый нижний этаж мама обычно не обращает никакого внимания. Она объясняет это тем, что для нее там слишком узкие двери. Но каждый, кто спит там — в столярной мастерской, в бане, в помещении для лодок или в длинном выдолбленном в камне коридоре, проходящем через весь дом, — может сам сходить в кладовую и найти все, что ему захочется съесть или выпить на ночь. Постепенно дом затихает, и весь свет гаснет, за исключением, конечно, маяка. 

Есть еще одна комната, заколоченная гвоздями. Рядом с башнями перед папиной комнатой. В ней два квадратных окна. Если в них посветить карманным фонариком, можно увидеть, что внутри. А внутри собраны принадлежащие семейству драгоценные камни, жемчужины, золото, а также прочая найденная, всплывшая или намытая всячина. Разумеется, об этой комнате никто не забыл; просто все считают, что из самого красивого лучше делать тайну и что в доме всегда должна быть комната или место, куда никто никогда не заходит, даже если все знают, где это находится. 

Можно добавить, что дом построен из сосны, ели, красного дерева, кое-где из палисандра и жакаранды, а что-то особенное сделано из пробки и грушевого дерева. Помимо обычного для Финляндии цветного и серого гранита, использовался весьма легкий в обработке песчаник, добытый, кстати, на ближайшем побережье. Дымоход, разумеется, сделан из кирпича, он очень высокий, и его горделивый дымовой шлейф напоминает о судне «Миссисипи». 

Раз уж мы вспомнили Новый Орлеан, читателю будет небезынтересно узнать, что вкусы семейства подвергались влиянию множества мест и эпох; помимо французских окон, в их доме есть окна русские, финские, карельские, с орнаментами в стилях ампир, модерн, рококо; кроме этого, обитатели дома питают явную слабость к Аризоне. Иными словами, они выбрали все, что им нравится, и без предварительных рабочих чертежей и оглядки на архитектурные авторитеты скомбинировали это так, как им казалось правильным. 

Постскриптум 

Давайте притворимся, что сейчас зима, жестокая и холодная. Семейство муми-троллей впало в спячку в летнем доме. А мы прогуляемся через лес к морю — туда, где, заледенелая и одинокая, стоит их баня. Там сейчас живут зимние существа, которые забыли впасть в спячку или впали, но проснулись и не смогли снова заснуть. Недавно мимо них проходила Ледяная дева, она несла с собой опасность. Одна несообразительная белка рискнула посмотреть ей в глаза — и случилось то, что должно было. Но остальные выжили. 

Дверь приоткрыта, и мы сможем заглянуть внутрь. 

Где-то вдалеке мы заметим еще одно опасное зимнее создание — серую Морру, которая дышит стужей, она ужасно одинока. Ее очень тянет ко всему, что горит и греет, ко всем свечкам и лампам, но с ее приближением свет гаснет, а сама она остается все такой же холодной. 

Вокруг моря вьются всевозможные тайны, которые появляются исключительно при северном сиянии, они черные, красные и совершенно неуловимые. А через мост в поисках тепла и укрытия бегут все, кто в зимнем мире не чувствует себя как дома. Воет пес Юнк, посылая на луну всю меланхолию Севера, а Малышка Мю катается с горки на серебряном подносе, она любит снег да и сама по себе не очень пуглива. У протока рыбачит с удочкой Tуу-тикки в красном полосатом свитере, а вокруг в ожидании улова сидят голодные путники. Ради хоть какого ни есть, но для уюта Туу-тикки соорудила снежный фонарь, который подчас утешает так же сильно, как и надежда на ужин. 

В отличие от семейства муми-троллей, Туу-тикки признает горькое обаяние зимы и убеждает всех, что зима — это просто приключение и отказываться от него глупо. 

А весной она непременно заведет свою веселую, утешительную и обнадеживающую шарманку о том, что сейчас все снова будет хорошо. 

Тут и добавить нечего — разве только пожелать, чтобы вас тоже не покидало желание строить и играть, изображая то, что вы называете мечтой. 

Самое интересное

18+
© 2008 – 2021 ООО «Издательская Группа Азбука-Аттикус»
Разработано в AIR Production